| Меню сайта |
|
|
 |
| Форма входа |
|
|
| Поиск |
|
|
|
| Мини-чат |
|
|
|
| Друзья сайта |
|
| |
| Наша кнопка |
Мы будем вам признательны, если вы разместите нашу кнопку у себя на сайте.
|
| |
|
Вдохновение |
|
|
|
| Мысли великих |
|
|
|
|
|
 
|
|
Яков Есепкин
| |
| silverpoetry | Дата: Пятница, 08.03.2024, 11:19 | Сообщение # 301 |
|
Свой в доску
Группа: Любопытный
Сообщений: 412
Награды: 0
Репутация: 0
Статус: В быту
|
Яков Есепкин
Битый алавастр у Летии
VI
Феи тьмы ангелочков не чтут,
Аваддон им внушает беспечность,
А ночных ли певцов и сочтут,
Паче сводности мирры истечность.
Низлетим с хоров млечных к столам—
Хлебы тлить цветом ночи холодным,
Чтоб юдицы, таясь по углам,
Вняли флейтам волшебно-рапсодным.
И Господе превидит благих
Нетей пленников, чад убиенных
В темной слоте божниц дорогих
И за патиной неб всетлеенных.
VII
Разве небо и чтило нефрит,
Наши перстни хладят одалисок,
Меловица рябая горит
На гетерах и яде ирисок.
Антиквары блажные, столы,
Веселясь, накрывайте парчами,
Вейся, нощь, где с блядями юлы
Содомитскими грезят ночами.
Это мы ль, Иокаста, следим
Балы антики меркнущим взором,
Вечность пьем и тюльпаны ядим,
И хвалимся небесным позором.
VIII
Лучшим -- терние выцветших неб,
Пламень роз иль августа холодность,
Жизни стоит всемаковый хлеб,
Кто немолвен, внимай богородность.
Парки грезили век об ином,
Только светочей Энн пожалеет,
Спит Эмилия тягостным сном,
Базель мертвое чадо лелеет.
Нас боялись и с чернью в устах,
Обрамленных вифанской беленой,
Иды мел угасят: на перстах
Мгла завьется кровавою пеной.
IX
В Одеоне зерцала тускней
Арабийских морган, веселятся
Хороводы печальных теней,
Дольше века литании длятся.
Нас взыскует порфировый сад,
Молодые шелковые узы,
Что Гекате сияющий Ад,
Надевай всекровавые блузы.
Станет август детей обольщать,
Бледных чад, кружевниц благовонных –
И начнем юродиво кричать
Меж опалых алмазов червонных.
X
Ночи одницы нас ли и ждут,
Мы еще слог чудесный внимаем,
К лицам каморным нашим идут
Звезды неб – их перстами снимаем.
Ночь, Геката, для од создана,
Ах, оне лишь светил тяжелее,
Бить начинье царица вольна,
А скульптурность юнид ей милее.
По мраморному глянцу обсид
Ангелки прелетят, низвергаяясь
И кляня фижмы пляшущих Ид,
И во черни остий содрогаясь.
Сообщение отредактировал silverpoetry - Пятница, 08.03.2024, 11:25 |
| |
| |
| silverpoetry | Дата: Вторник, 12.03.2024, 09:41 | Сообщение # 302 |
|
Свой в доску
Группа: Любопытный
Сообщений: 412
Награды: 0
Репутация: 0
Статус: В быту
|
Яков Есепкин
Битый алавастр у Летии
XI
Нас, Господе, следи в барве неб,
Ангелки мимо чад излетели,
Всепорфирный точащийся хлеб
Сочерствел, мы его прехотели.
А и туне сейчас вопиять,
Над брегами летейскими рдиться,
И алеять, и молча стоять,
Гои нас будут вечно стыдиться.
С темной миррой юдицы одне
К нам и льнут, и серебро лелеют,
И во млечном холодном огне
За колонницей мертвенно тлеют.
XII
Змеи тирские хмель овиют,
Кора свечками пурпур уставит,
Нас ужель четверговки убьют,
Кто и с вечностью ныне лукавит.
Полны столы начиний пустых,
Ничего, соливайте, гияды,
Вин мускусность еще золотых,
Не царевнам ли чествовать яды.
Камор звезды мирволили нам,
Присно будем во сех оявляться
Гранях млечных, где бьют по стенам
Тени роз и вселожно бояться.
XIII
Где, июль, тестовые сурьмы,
Брашно сладкое, с вишней рейнвейны,
Бел Эдем и меловые тьмы,
А принцессы одне темновейны.
Жизнь цвела и сребрилась, но вот
Лишь желтки и горят в сей остуде,
Алчно змеи обсели кивот,
Зло виются мокрицы на блюде.
Яко звезды бессмертие чтут,
Златоустов камены читают,
Пусть хотя ли убитых сочтут –
Все венцы наши червно блистают.
XIVЗвезды чтили успенных, цемент,
Гипс иль глину исторгнут дыхницы,
Обнажится еще диамент
И за сим, паче уст багряницы.
Темный мрамор июньских аллей
Нагоняет печаль вековую,
Кто умел горевать, веселей,
Точат спящим виньету живую.
И начиние сбилось, хлебы
Суе мертвые тьмы украшали,
Всё опять нецелованны лбы –
Мы лишь звездностью присно дышали.
XV
Лишь в июне сордится оцвет,
Из черемух вспорхнут махаоны,
И укажем небесный корвет
С золотыми тенями Вероны.
Сколь юдицы нас вечно блюли,
Аще их перелилась мышьячность,
Пей отраву, Цинита, юли,
Хороша и твоя небозлачность.
Цветники ли, тенета весны
Ядом жгут отравительниц сонных,
К нам тиснятся еще ложесны
Сех паскуд во шелках благовонных.
Сообщение отредактировал silverpoetry - Вторник, 12.03.2024, 09:46 |
| |
| |
| silverpoetry | Дата: Суббота, 16.03.2024, 09:27 | Сообщение # 303 |
|
Свой в доску
Группа: Любопытный
Сообщений: 412
Награды: 0
Репутация: 0
Статус: В быту
|
Яков Есепкин
Битый алавастр у Летии
XVI
Вновь оцветный томительный сок
Изливают в сервантные чаши,
Лишь Иосиф подставил висок,
Всех иных закололи апаши.
Дождались четверговки пелен
Белошелковых мускусных бязей,
Аще встанем с меловых колен,
Хоть узнают диаментных князей.
И черешни без нас прецвели,
И юдицы алкают бесстрашно
Голубое со кровью шабли,
Окаймляя подвальное брашно.
XVII
Воск пасхальный неровно горит,
Как успеть и не могут святые,
Налием в хлебы кровь-лазурит,
Яко постны столы золотые.
И сойдем, участь юдиц верша,
С хоров млечных и райской целины,
Всяка днесь иродица -- левша,
Всякой голем не жертвует глины.
Нас узнают оне по челам,
Тусклой миррой и тьмой увиенным,
И внесут эти хлебы к столам,
Чтоб воссниться купцам опоенным.
XVIII
Розы Асии нежной армой
Наднебесных царевен встречают,
Именины Чумы ли самой
Днесь пеют, нас ли ангелы чают.
Битый мрамор обсидный минем,
Зло молчат преблюстители Коры
И ея меловницы, где нем
Вечный пир и точатся фарфоры.
Цветью их расписали свечной,
Миррой тусклой свели, и Господе
Чад не узрит в смуге выписной –
Пьющих немость о славленном годе.
XIX
За сумраком вифанским таит
Неботвердь голубые фиолы,
Бледных мальчиков сонм предстоит
О садах: улетай, богомолы.
По аллеям дворцовым ли несть
Розоцветных сиреней холодность,
Аще Божие сумерки есть,
Мы узрим виноградную сводность.
Где и вился честной Аваддон,
Меж каких утешается циний,
Рдея, тусклую кровь на поддон
В пировых Иды льют со начиний.
XX
Нощность антики станем белить,
Во четверг ли от ядов очнемся,
Что и подлую чернь веселить,
Мы в родные пенаты вернемся.
Будут постные яства гореть,
Будем сами альтанок белее,
Выльем кровь на подносную мреть,
Идет камень фамильной аллее.
Сад немолчный успел оцвести,
Бьют по гипсу цветки ледяные,
И всё тусклою пудрой свести
Мел и кровь тщатся Иды хмельные.
|
| |
| |
| silverpoetry | Дата: Среда, 20.03.2024, 09:09 | Сообщение # 304 |
|
Свой в доску
Группа: Любопытный
Сообщений: 412
Награды: 0
Репутация: 0
Статус: В быту
|
* «Не так давно имя и феномен русского андеграундного писателя Якова ЕСЕПКИНА оказались в заголовках литературных новостей. Культовый автор известен библиофилам со времен СССР, официально создатель «Космополиса архаики», обретшего негласный статус последней великой русскоязычной книги, начал издаваться за рубежом. Между тем после выхода самиздатовских сборников «Готика в подземке» и «Классика» юного гения восторженно приветствовала советская провластная художественная элита.»
Из аннотации к книге Якова ЕСЕПКИНА «Эфемериды», издательство «Де’Либри»,2021
Яков Есепкин
Битый алавастр у Летии
XXI
Томных дев и камены блюдут,
Нам лишь кровию были чернила,
Со щитами героев не ждут,
Алекто наши сны огранила.
Но мгновенье, замученный брат,
Вдоль сиреней текут путраменты,
Их цеди, за каратом карат,
Яко пламени траурной ленты.
Мы писали канцоны не сем
Юным феям, шелковым наядам,
И теперь меж перстами несем
Тьмы цветниц, всепокорные ядам.
XXII
Стол накройте сакраментной мглой,
Ночь Вифании чтут пировые,
Феб и Мемнон в гортанях с иглой,
Кто погублен – успенны живые.
Время париям днесь умереть,
А и нам ли веселье преложно,
Тщиться будут пифии стереть
Мглу чернил, где бессмертие ложно.
Возлиются гербарии тьмой,
Всеоцветною розовой сенью,
И лишь выступит кровь под сурьмой,
Золотяше пути к неспасенью.
XXIII
Алавастры ночные влекут
Черных фей и беспечных юнеток,
Тускло золото млечных цикут,
А и полно червовых монеток.
Пляски фурий взирает Аид,
Столы антики щедро ломятся,
Хоры сонных пеют данаид,
Прескучают оне и томятся.
Дивный пир и чудесная мгла,
И теней алавастровый морок –
Всё горит, всё и нощность свела
Тьмой во злате вишневых подпорок.
XXIV
Царской оперы фавны пышны,
С бельэтажей свисают химеры,
Граций томных в шелках ложесны,
Дышат негою их костюмеры.
Юны, юны сюда нас влекли,
Днесь оне ль примеряют балетки,
Бал окончен, сие умерли,
Авансцену терзают старлетки.
И хотят нас, Геката, убить
Иудицы под темной золотой,
Чтоб хотя всеуспенных увить
Чернотечной вишневою слотой.
XXV
Черных вдов феи тьмы и белят,
Ядом чинят нецветность их аур,
И царевен травить всевелят,
Яко сводам приличен лишь траур.
Пой, Эреб, остия сех юдиц,
Веселятся пускай четверговки,
Меж скульптурных ядят молодиц,
Всяк пиит удостоен торговки.
И с отравой нальется вино
В наши амфоры, чернью витые,
Мы его преалкаем одно,
Цветь лия на шелка золотые.
|
| |
| |
| silverpoetry | Дата: Воскресенье, 24.03.2024, 08:55 | Сообщение # 305 |
|
Свой в доску
Группа: Любопытный
Сообщений: 412
Награды: 0
Репутация: 0
Статус: В быту
|
* «Творчество «ночного мистического певца» столь же парадоксально, сколь и легендарно, оно всегда ассоциировалось с эмблемной символикой интеллектуальной литературы. Есепкин реформировал современный тезаурус, изменил течение отечественной словесности, его нарочито архаическая лексика завораживает своей потрясающей образностью. Мастер торжественного слога ввел в мировую литературу жанровое определение «готическая поэзия». Сегодня он входит в круг элитарных литераторов, претендующих на получение Нобелевской премии.»
Из аннотации к книге Якова ЕСЕПКИНА «Эфемериды», издательство «Де’Либри»,2021
Яков Есепкин
Битый алавастр у Летии
XXVI
Торты с черными свечками неб,
Отраженных эгейской волною,
Мы лелеем, как ангельский хлеб,
Под немою и яркой стеною.
Соглядимся в серебро зерцал –
И ужель это наша планида,
Взор Микеля ужель премерцал,
Нощно вейся и тлей, фемерида.
И Геката в обрамниках тьмы
Узрит нас и всещедро приимет,
И о сребре музея Чумы
Славу чад вишни млечные взнимет.
XXVII
Полон стол и музыка темна,
Четверговки, огнем совитые,
Вновь холодного просят вина,
Будят отроцев тени златые.
Как оне и могли меж цариц
Опочить ли, еще затеряться,
Восковою аромой кориц
Яд чинить, напоказ усмиряться.
В погребах монтильядо блюдут
Сонмы их, упоенных диетой,
И давно пировые не ждут
Бледных юношей с черной виньетой.
XXVIII
Благосклонны и сем небеса –
Хрисеитам и Элям кургузым,
Виждь, еще поправляют власа,
Клеют пудры к мощам темноблузым.
Что Медея томилась, детей
Без нее одушили иные,
Всё ли ждут колченогих гостей:
Напомадились бляди срамные.
Со червями вдоль цветших в шелках
Плеч костлявых беснуются, плачут,
И ужицы висят на руках,
Белых роз наших листие прячут.
XXIX
Бланманже герцогиням седым
Злые феи несут о фарфорах,
Дым отечества -- тягостный дым,
Се и ангелы смерти на хорах.
Но смотри, герцогини ль ядят
Слоту ночи, бисквитную негу,
Круг столов иудицы сидят
И тоскуют по черному снегу.
Хладен вечный пиитерский бал,
Вьются дивных нектаров купажи,
И мраморник дворцовия ал,
И с тенями летят экипажи.
XXX
Пунш с араком в фаянсы нальем
И еще золотые рейнвейны,
Лета нет, а и мы ли поем,
Где у роз ангелки темновейны.
Май цветов пожалеет, август
Бойных юношей цветом одарит,
Сколь текут диаменты меж уст,
Персефона легко государит.
Осыпается мертвый язмин,
Пишем кровию, се не читают,
И оцветший чернильный кармин,
Содрогаясь, юниды листают.
Сообщение отредактировал silverpoetry - Воскресенье, 24.03.2024, 09:11 |
| |
| |
| silverpoetry | Дата: Пятница, 05.04.2024, 09:01 | Сообщение # 306 |
|
Свой в доску
Группа: Любопытный
Сообщений: 412
Награды: 0
Репутация: 0
Статус: В быту
|
«На рубеже тысячелетий фрагменты из главной книги поэта-мистика "Космополис архаики" опубликовали российские альманахи, это вызвало волну восхищенных откликов в прессе. Есепкин согласился на несколько интервью. И вновь исчез. С годами "Космополис архаики" обрел негласный статус последней великой русскоязычной книги. Ее эстетическое звучание, внешняя мрачность претендуют на эталонное соответствие канонам избранного жанра.
»Из аннотации к книге Якова ЕСЕПКИНА «Lacrimosa», издательство «Москва», 2019
Яков Есепкин
С феями в опере
Шестой фрагмент
Гейши белые чают виллис,
Им цветочные принты меловят,
Жжет афинянок бархат кулис,
Па изысканность грации ловят.
Се опять маскерад, маскерад,
Шелком розовым блещут химеры,
Ям Герники цветенье и смрад
Иудеи пеют лицемеры.
Феи небесей,вас ли оне
Тщатся вылепить,с кровью мешая
Глину млечных карьеров и в сне
Дщерей царским к балам оглашая.
Семнадцатый фрагмент
Торты пышные, вишни с каймой
Елеонской, амфорницы млеют
Под хлебами, Тривии самой
Феи дивные шелки лелеют.
Не ждали нас гиады к столам,
Се и мы, хоть за тусклою пудрой
Мел увидим их, время юлам
О богине пеять небокудрой.
Брамс кримозный иль славный
ГуноПиршеств нощных осповники внимут,
И в лекифы сольется вино,
Кое темные ангелы имут.
Двадцать четвертый фрагмент
Мглу из диносов феи лиют,
Упоенные лярвы икают
И в антрактах шампанским блюют,
И смугу восковую алкают.
С ними ль мы, истемняясь, должны
Зреть балы, ядотечные трюфли
Подносить фавориткам Луны,
Мерить девам хрустальные туфли.
Нет уж, нет, станет опер, Алкей,
Затемняйтесь, гаситесь, винтажи
Эвменид, пусть о мрамрах Никей
Сих юдиц тлят шелка бельэтажи.
Сообщение отредактировал silverpoetry - Пятница, 05.04.2024, 09:05 |
| |
| |
| silverpoetry | Дата: Вторник, 09.04.2024, 09:00 | Сообщение # 307 |
|
Свой в доску
Группа: Любопытный
Сообщений: 412
Награды: 0
Репутация: 0
Статус: В быту
|
* «Сложное сублимированное письмо Есепкина (нарочито архаический тезаурус, лексические новации, тяжелая строфическая текстура) всегда ассоциировалось с изысканной художественной элитарностью, эмблемной символикой интеллектуальной литературы. Данное издание можно считать первым приближением к творчеству культового автора.»
Из аннотации к книге Якова ЕСЕПКИНА «Lacrimosa», издательство «Москва», 2019
Яков Есепкин
С юдицами у вергилий
Девятый фрагмент
Только солнце и только вино,
Ах, июль, ах, белые менины,
Станем пить-не пьянети, одно
Благи наши сейчас именины.
Золотые ритоны ли ждут
Гоев неба, увеченных воев,
Нас юдицы всенощно блюдут
Меж лекифов и ядных сувоев.
И Господе из ангельских нив,
Со мерцающих розовых кущей
Будет видеть, чело наклонив,
Тени дев за их сворой пиющей.
Семнадцатый фрагмент
Льют менады рейнвейн и шабли,
Шелк одесно взвивают царевны,
Сих прелестниц убить ли могли
Божевольные Хайки и Евны.
Миррой точится глянец ланит,
Их куда совлекают демоны,
Тще и колокол смерти звонит –
Внове яблок молят у Помоны.
Ах, оглянемся: ангели неб
Дышат мглой за столовьем вергилий,
И юродные дочери хлеб
Жгут беленой серебряных лилий.
Двадцать девятый фрагмент
Лики ангелов смерти белы,
Их портретники ядно-червонны,
Вселомятся от емин столы,
А царицы шелков благовонны.
Лярвы небесей потчуют сех
Млечных гостий и брошенок морных,
О диаментных желтых власех
Тлятся розы со чашей каморных.
И желтицею локны виют
Бляди томные, зло напевая,
И серебро холодное пьют,
Броши темные с шелка срывая.
Сообщение отредактировал silverpoetry - Вторник, 09.04.2024, 09:04 |
| |
| |
| silverpoetry | Дата: Суббота, 13.04.2024, 09:13 | Сообщение # 308 |
|
Свой в доску
Группа: Любопытный
Сообщений: 412
Награды: 0
Репутация: 0
Статус: В быту
|
* «Лишь недавно произведения культового русского андеграундного писателя Якова ЕСЕПКИНА начали массово издавать. Вначале за рубежом, затем в России. Сейчас его книги триумфально завоевывают мировые литературные рынки. В России автор интеллектуальных сочинений, эсхатологических трагедий и архаических притч почти мгновенно стал одним из наиболее успешно продаваемых современных литераторов. За его книгами выстраиваются очереди в «Библио-Глобусе» и МДК, они месяцами открывают витрины крупнейших российских интернет-магазинов. сетей, сервисов в виде несменяемых постеров.»
Из аннотации к книге Якова ЕСЕПКИНА «Сангвины мертвых царевен», издательство «Altaspera» (Канада), 2021
Яков Есепкин
С юдицами у Гекаты
Пятый фрагмент
Льют атраменты боги письма,
Кровь одну мы в чернилах и зрели,
Нам Геката мирволит сама,
О царице ли весть акварели.
Карменталии суе шумят,
Смерть алкеям богини пророчат,
Златоустов успенных томят,
Небодержных атлантов порочат.
Круг емин отходного стола
Ищут дочери нас юродные,
И беленою пудрят чела,
И свечельницы жгут ледяные.
Тринадцатый фрагмент
Золотая мерцает парча
На столах, мрамр свивают камеи,
И лиется вино, прегорча,
И бегут дивы чар Саломеи.
Ах, вольно ангелам изливать
Кровь и цветность, пылая о синем
Всенебесном огне, тосковать
Аще время – столовья оминем.
Будет Господе холод свечей
Разжигать, наклоняя к ним персты,
И увидит белых царичей,
Веи коих темны и отверсты.
Двадцать восьмой фрагмент
Пир нагорный владык золотит,
Сладкогласых царей отемняет,
Всяк бессмертный лишь ангелов чтит,
Им на вина Децима пеняет.
Содрогнемся, ритоны с вином
К изумрудным хлебницам наставим,
Много скорби о пире земном,
Туне пьем и сиречно картавим.
Ангелам ли юродных жалеть,
Бейте Ханн, яко смертники лишни,
Чтоб во льду этих зенок тлееть
Перестали холодные вишни.
Сообщение отредактировал silverpoetry - Суббота, 13.04.2024, 09:17 |
| |
| |
| silverpoetry | Дата: Среда, 17.04.2024, 08:48 | Сообщение # 309 |
|
Свой в доску
Группа: Любопытный
Сообщений: 412
Награды: 0
Репутация: 0
Статус: В быту
|
* «Подобный успех у широкого круга читателей сложно объяснить. Есть выражение: родился, чтобы быть преданным. Это о Есепкине. Долгие годы он провел в лучших европейских библиотеках, не писал, считая любое сочинительство лживым и несовершенным, затем прервал молчание и продолжил письмо, начатое в юности. Во временном интервале были «развенчаны» вначале Золотой, далее Серебряный века. Реформатор тезауруса поверил гармонию алгеброй и эта гармония рухнула, обратилась в хаос.
»Из аннотации к книге Якова ЕСЕПКИНА «Сангвины мертвых царевен», издательство «Altaspera» (Канада), 2021
Яков Есепкин
Сангины в будуарах
Одиннадцатый фрагмент
Балевницы шелками свиты,
Всяк успенный о мраморном щите,
Полны глиной одесные рты,
Златоустов сейчас не ищите.
Аониды вино прелиют
На емины, их чтенье сурово
И ужасно письмо, отдают
Форме дань и коверкают слово.
Мало крови ли им, холодны
Четверговки, за глянец муаров
Яды прячут и дев ложесны
Жгут кармином во мгле будуаров.
Двадцать восьмой фрагмент
Из канфаров с богами пием,
Ищут дочери нас юродные,
Кровь нисана лиет Вифлеем
За мраморники неб ледяные.
Феи в розовом, блещут сады
Галилеи, тоскуют менады
О высоком, гнилые плоды
Навивая под сень колоннады.
Ах, летите, летите сюда
Иудейские ангели требы,
Хоть виждите, как Гостья-Звезда
Пресвятит всечервонные хлебы.
Тридцать второй фрагмент
Лей зефирность, небесный шатер,
Источай благодержную сводность,
Для шутов совиньоны и ёр
Налием, восклицая холодность.
Формалином щедрые столы
Яства белые днесь овевают,
Иль юдицы не ядно белы,
Нас однех, нас однех убивают.
Веи первой богини Луны
Белорозною тлятся золотой,
Где амфорники наши полны
Кровью тусклой и розовой слотой.
Сообщение отредактировал silverpoetry - Среда, 17.04.2024, 08:51 |
| |
| |
| silverpoetry | Дата: Воскресенье, 21.04.2024, 09:27 | Сообщение # 310 |
|
Свой в доску
Группа: Любопытный
Сообщений: 412
Награды: 0
Репутация: 0
Статус: В быту
|
* «Удивительно, но трагедия отсутствия истребленной тремя веками русской литературы читательской аудитории и, главное, отсутствия уровневой критики и литературоведения мало сказалась на рыночном спросе. Между тем сам Яков Есепкин не комментирует ситуацию, не дает интервью. Он действительно остается полностью закрытой фигурой. Возможно, это отложенная плата великого трагика деспотии за стену молчания, окружавшую его всегда.»
Из аннотации к книге Якова ЕСЕПКИНА «Сангвины мертвых царевен», издательство «Altaspera» (Канада), 2021
Яков Есепкин
Сангины в Одеоне
Восьмой фрагмент
Оды к радости, славьте иных
Музыкантов и пламенных граций,
Чуден хор камерат неземных,
Се балы и флеор декораций.
Наши литии чтил Одеон,
Томы наши Геката искала,
Рим блистал и одесный Сион,
Всюду глорию пели зеркала.
Но тлеющийся мраморник ал,
Кровь бежит вдоль столовий ручьями,
И менады серебро зерцал
Увивают блядей остиями.
Семнадцатый фрагмент
Ядной миррой лекифы полны
И холодные вишни тлеенны,
Мрамр и глина величьем равны,
Жгут серебром их дивы Фаенны.
Будем красные вина алкать,
Слушать песни музык новомодных
И лукавство гиад соискать,
Меж скелетов немея комодных.
Там лишь будем, где нас и не ждут
Юродивые дочери с хлебом
Отравленным, где царей блюдут
Ангела пред молчащим Эребом.
Тридцать шестой фрагмент
Лей цикуту, одесный четверг,
Заливай ядным хмелем емины,
Кровью стены распишет изверг –
Мы преидем и эти кармины.
Суе царичей ждал Вифлеем,
Крысы морные точат обсиды,
Лавром чела хотя увием,
Нас любили, Господь, аониды.
Иль соглянемся: внове бегут
Дщери к плахам, губителей чая,
И порфирных отцов стерегут,
Эолийский дурман источая.
Сообщение отредактировал silverpoetry - Воскресенье, 21.04.2024, 09:30 |
| |
| |
| silverpoetry | Дата: Четверг, 25.04.2024, 09:52 | Сообщение # 311 |
|
Свой в доску
Группа: Любопытный
Сообщений: 412
Награды: 0
Репутация: 0
Статус: В быту
|
* «Нонконформисту и мистику ничего не дали опубликовать в СССР, гений торжественного слога был тенью, мифом, апокрифическим героем. Его самиздатовские сборники мигом становились антикварными. Сегодня имя и феномен Есепкина -- в заголовках литературных новостей, он входит в число элитариев, претендующих на получение Нобелевской премии.»
Из аннотации к книге Якова ЕСЕПКИНА «Сангвины мертвых царевен», издательство «Altaspera» (Канада), 2021
Яков Есепкин
Сангины изумрудных фей
Пятый фрагмент
Изумрудами ночь превили
Августовские дивные феи,
Яд цветочный пиют короли,
Чая лилий и волн Идофеи.
Се фамильные гаснут цвета
И белены сребрят для юродных,
Суе ветхая кровь излита
В бутоньерки цариц адородных.
Всё точится кровавый узор
Меж фарфоров и див истемняют
Веи хладные пламенных Ор,
Кои злато на желть и сменяют.
Тринадцатый фрагмент
Ночи кровельщиц феи поят
Диаментным пылающим элем,
И на гермах белых восстоят,
Изумрудным любуются хмелем.
Речь кому: веселитесь одно,
Те демоны влеклись не за вами,
Серебристое пейте ж вино,
Украшенное мертвыми львами.
Оглянемся ль – дворцовость жива,
Челядь царская нощно всебела,
И главою порфирного льва
Дев чарует богиня Кибела.
Девятнадцатый фрагмент
Се, кровавые пудры тиснят
Навиенные локоны ведем,
Царей неба обручники мнят,
Ах, с балов мы теперь не уедем.
Взнимем лики – голодных волков
Стаи нощно бегут по лепнинам,
Тьмой августа сребрится альков,
Осьмисвечия дарят менинам.
Нас Кесарии суе и ждут,
Хоть бы, черные юдицы, зрите,
Как, пея, нам уста обведут
Феи цветью в благом лазурите.
Сообщение отредактировал silverpoetry - Четверг, 25.04.2024, 09:56 |
| |
| |
| silverpoetry | Дата: Пятница, 03.05.2024, 08:59 | Сообщение # 312 |
|
Свой в доску
Группа: Любопытный
Сообщений: 412
Награды: 0
Репутация: 0
Статус: В быту
|
* «Впрочем, российские камены мистическую линию никогда особо не приветствовали, не благоволили её апологам. Иные авторы романов века, в их числе Джойс, темноты избегли. Традиция, пусть и не яркая, историческою волею всё же возникла и в России, не такая мощная, как на Западе, в США, Латинской Америке, Индии и даже в Африке. Есепкин не мог не учитывать опыт предшественников, в его книгах содержится огромное количество мнимых обозначений Тьмы со всеми её обитателями.»
Из аннотации к книге Якова ЕСЕПКИНА «Сангвины мертвых царевен», издательство «Altaspera» (Канада), 2021
Яков Есепкин
Тусклые алавастровые гравиры
Девятый фрагмент
Яд алкают уста пирочеев,
Девы хладные нощность блюдут,
Умиляют серебром кащеев
И властительных царичей ждут.
Кукол маковых слави, Децима,
Их ли тристии ныне легки,
Арки Фив иль парафии Рима
Днесь хмельные вспоют ангелки.
Ах, и наши мученья подавны,
Яд точится в золоте кориц,
И лиют царской оперы фавны
Воск на перси успенных цариц.
Семнадцатый фрагмент
Бойся, юная Лола, Гертруды,
Сколь Офелии веи чисты,
Ядъ со уст претечет в изумруды,
Всеалмазные хлебы и рты.
Вечность милует сех фавориток
И печальных седых королей,
Днесь во талике утварном свиток,
А начиние мела белей.
Томный отрок багетные маки
Выбьет кровию нежной своей
И оденется мрамором – паки
Ядъ течет из отравленных вей.
Девятнадцатый фрагмент
Ирод-царь по сукровице вишен
Преведет золотыя каймы,
Цвет граната ль на пасху излишен,
Это мы, это, Господи, мы.
Ах, столы нощно царские ждали
Нас однех, так пируй, толока,
Аониды и суе рыдали –
С воскового пиют завитка.
И юдицы кричат божевольно,
И садовники яства тянут
Нашей кровью, лияше всесольно
Воск на дискос, за коим уснут.
Тридцатый фрагмент
Сколь немолчны хариты весною,
Им цветение – сущая мгла,
Возлетают над перстью ночною,
Бьют фаянсы на барве стола.
Ах, юдольного вешнего мая
Золотая планида, цвети,
Сонмы адских мокриц донимая,
Благоденствуй и к небам лети.
Но очнутся еще душегубы
И увидит во сне Звездочет,
Как чрез наши меловые губы
Пурпур с ветхою кровью течет.
Тридцать пятый фрагмент
Вишни, вишни каждят ледяные,
Столы милых пенатов горьки,
Столования присно иные
Обещали и нам ангелки.
Были вретища наши всезвездны,
Были мы паче нищих князей,
Хоть виждите цветущие бездны,
Майский воск ли, варварский музей.
Мрамор выведем нощною глиной,
Выбьем кровию патину слов,
Хоть и нимфа с златой окариной
Пусть восплачет над тьмою столов.
Сорок четвертый фрагмент
Аониды эфесскою тушью
Тлен путраментный жгут, суетясь,
Ах, легко их письмо, чистодушью
Всё мирволят, во склепах ютясь.
Изольем ледяные рейнвейны,
Присно ль вечерий алчет Сион,
Ангелочки теперь тускловейны,
В мглах сиреневых Аполлион.
Кровью знатны шелковые верви,
Розы смерти подвяжут шелка,
И диаменты темные черви
По устам преведут на века.
|
| |
| |
| silverpoetry | Дата: Вторник, 07.05.2024, 09:39 | Сообщение # 313 |
|
Свой в доску
Группа: Любопытный
Сообщений: 412
Награды: 0
Репутация: 0
Статус: В быту
|
Яков Есепкин
У Кибелы с четверговками
Десятый фрагмент
Юродные клянут юродных,
Се дворцовий и неба высокость,
Из амфорниц пиют ледяных
Феи мглы, юн следя темноокость.
Наливай в чаши Ада, Винсент,
Золотые рейнвейны Кибелы,
Нам ли жалуют боги абсент,
Перси ль спящих царевен всебелы.
Тьмою дышит ночной сомелье,
Вкус граната медовый и хладный,
И юродивых кукл питие
Озлачает лишь пламень исчадный.
Девятнадцатый фрагмент
Ах, эфирный, благой Вифлеем,
Наши чествуй и славь юбилеи,
Мы терницей еще увием
Цветь Пергама и ночь Галилеи.
Будем десно с фиадами пить
Арманьяк и серебро ночное,
Нам богини дадут искупить
Лишь по смерти коварство земное.
И увиждим – смертельно белы
Иудейские дщери, токая
Хмель одесный лиют на столы,
Зло мелясь и юродно икая.
Двадцать седьмой фрагмент
Пировает юдиц толока,
Яд в лафитники жадно сливая,
Тускл атрамент и рдятся шелка,
И всенощно гудит пировая.
Но венечие Ада красно,
Иль его утаить четверговкам,
Под серебром откупным вино,
Хватит лэкехов златных торговкам.
Падший ангел к юродным слетит
Бледным дщерям из мраморных башен
И тлеенностью вей осветит
Мглу рамен их ледовых и брашен.
|
| |
| |
| silverpoetry | Дата: Суббота, 11.05.2024, 09:09 | Сообщение # 314 |
|
Свой в доску
Группа: Любопытный
Сообщений: 412
Награды: 0
Репутация: 0
Статус: В быту
|
* «Народ темен, общество равнодушно, элита глупа, невежественна, ортодоксальна и невосприимчива к великому. Трагедия гениального художника в том, что его некому воспринять и оценить. После Серебряного века тотальный эрзац минимум на столетие заместил и вытеснил метафизику искусства, Есепкин стал жертвой временной цезуры.»
Из эссе И. Лернис «Позднесоветская эсхатология»
Яков Есепкин
У ночных фей
Четвертый фрагмент
Мел шаров с золотою канвой,
Феи ночи, царевен сангины,
Мы, Геката, опять в пировой,
Чар иудиц бежим и ангины.
Се, волшебная хвоя тлеет
И панбархат юнеток сребрится,
И Цилии от нощных диет
Кельхи бьют, и шабли всеискрится.
Иль еще оглянемся – фарфор
Слота жжет, меловые гризетки
Внемлют дивные таинства Ор,
Ядом кремовым полня розетки.
Шестнадцатый фрагмент
Бутафоры меловниц рядят
В шелки темные с бледным подбоем,
Эвмениды ль за нами следят,
Услаждаясь полуночным боем.
Лейте, лейте, юнетки, одно
Хмель одесный, белейте над чашей,
Мы златое угасим вино
Цветом тьмы, амарантовой кашей.
И сбегутся юродных толпы
Во истечьях желтицы образной –
Пресаднящие гоев стопы
Миррой ночи омыть всеалмазной.
Двадцать седьмой фрагмент
От рождественской ночи ль пьяны
Феи неб, молодые вакханки,
К девам томным в их млечные сны
Злать ритонов соносят коханки.
Увивайте ж червицу и мел
Дивной хвои серебром истечным,
Кто еще веселиться умел,
Вновь гуляй за столовьем беспечным.
Иль очнемся -- о слоте шаров
Меловые юдицы икают
И ядят, и с блядями пиров
Из киафов серебро алкают.
Сообщение отредактировал silverpoetry - Суббота, 11.05.2024, 09:13 |
| |
| |
| silverpoetry | Дата: Среда, 15.05.2024, 08:45 | Сообщение # 315 |
|
Свой в доску
Группа: Любопытный
Сообщений: 412
Награды: 0
Репутация: 0
Статус: В быту
|
Яков Есепкин
У темных царевен
Десятый фрагмент
Вновь сангины царевен темны,
Вновь рисуют свое натюрморты
Феи Ада, волшебные сны
Обещают на ангелы Морты.
Новолетие, хвоя каждит,
Золотыя свечницы блистают,
Ели эти и кто преследит,
Денно их соваяния тают.
И лиется, лиется арма
На одесного пира столовье,
И зерцает богиня сама
Гостий неб меловое шелковье.
Девятнадцатый фрагмент
Хвою млечным серебром тиснят
Феи ночи, вдыхая корицы,
И гостей опоенных манят
Шелком розовых платий царицы.
Ах, Ювентас, витые шары
Золоты и о хладном кармине,
Ждут еще нас благие пиры,
Мы очнемся еще в Таормине.
И Гиады найдут – рисовать
Лики ангельских воев из Плевен
Иль Никей и, мелясь, балевать
Со ваяньями темных царевен.
Двадцать четвертый фрагмент
Ах, Звезда, ах, благой Вифлеем,
Прелюбившая ночь Галилея,
Серебро. серебро мы пием,
Наднебесно с волхвами хмелея.
Что, Иосифе, феям поднесть
Меловым, аонидам тлетворным,
Хоть о Боге явимся как есть –
Диаментом увитые морным.
Виждит Господе юдиц, тусклы
Их юродные алчные бельмы,
Где серебро течет на столы
Чрез мраморник одесный и кельмы.
Сообщение отредактировал silverpoetry - Среда, 15.05.2024, 08:48 |
| |
| |
|
|
